Он десятилетия учил детей в первой школе Данкова, а годы войны — радист командарма Сталинградской битвы генерала В. И. Чуйкова, сыгравшего огромную роль в освобождении города-героя на Волге.

Стуколов Борис Владимирович - ветеран войныБорис Владимирович Стуколов – учитель СШ№1 г. Данков, ветеран Великой Отечественной войны. Среди его наград орден Красной звезды, медаль «За отвагу», «За оборону Сталинграда», «За боевые заслуги». В этой статье мы предлагаем воспоминания данковчанина, записанные некогда журналистом А. Мерлевым.

Воспоминания Б. В. Стуколова интересны еще и тем, что он был начальником радиостанции армии, которой командовал прославленный генерал В. И. Чуйков, сыгравший огромную роль в освобождении Сталинграда. Здесь фашистам противостояла шестая армия, сформированная незадолго до битвы из остатков трех наших армий, сильно потрепанных немцами в боях за Крым. Ее командующим был назначен мало кому известный тогда генерал-майор Чуйков. Ему и пришлось решать поставленную Сталиным задачу: лечь костьми, но Сталинград не сдать.

– Сделать это было непросто. – рассказывает Б. В. Стуколов, потому что противостоявшая нам армия Паулюса была вооружена, как говорится, до зубов. Наши войска в этом отношении ей заметно уступали. К тому же Паулюсу было приказано во что бы то ни стало сбросить нас в Волгу, и он из кожи лез, чтобы выполнить это распоряжение Гитлера.

В ходе кровопролитнейших боев 62-я армия Чуйкова полукольцом была прижата к Волге. Одна из дивизий оказалась в окружении немцев. Ее нужно было обязательно вывести из него, потому что она занимала важное стратегическое положение. Как это сделать? Чуйков собрал военный совет, длившийся чуть ли не треть суток. На нем была разработана тактика действий по прорыву вражеского кольца.

После заседания военного совета на радиостанцию Стуколова, окопавшуюся на Мамаевом кургане, приехал адъютант командарма, его родной брат Федор. Он привез с собой радиограмму, которую необходимо было срочно передать в штаб окруженной дивизии. Однако срочно не получалось. Мешали сильные помехи в эфире. Расстроенный адъютант доложил об этом командующему. Недовольный Чуйков не хотел слышать никаких объяснений и оправданий, в жесткой форме потребовал во что бы то ни стало передать радиограмму.

В эту ночь радист первого класса Б. Стуколов не сомкнул глаз, а напротив него, мужественно борясь со сном, уставший и расстроенный, сидел адъютант командарма. Связь с окруженной дивизией удалось наладить только к утру. А через некоторое время началась операция по прорыву блокады. Она была спланирована блестяще, и дивизия вырвалась из окружения.

Спустя некоторое время в кольце советских войск окажется вся шестая армия Паулюса. Однако гитлеровский фельдмаршал, в отличие от Чуйкова, не смог ни разработать, ни осуществить операцию по прорыву окружения и сам оказался в плену.

Командование 62-й армии по достоинству оценило заслуги начальника радиостанции ’’Клен” Б. Стуколова. Родителям в Данков было направлено благодарственное письмо, а старшему радисту вручена медаль ”3а отвагу”.

Вскоре после Сталинградской битвы 62-я армия Чуйкова была переименована в 8-ю гвардейскую.

…Было это уже на исходе войны, весной 1945 года. Намечался танковый прорыв на Берлин, важная роль в котором отводилась 8-й гвардейской армии. Задача радиостанции заключалась в том, чтобы обеспечить устойчивую и надежную связь со штабом Первого Белорусского фронта и лично с Жуковым. Чуйков вызвал к себе Стуколова, коротко, но ясно поставил перед радистами задачу, а В качестве напутствия сказал:

Выполнишь задачу – награжу, сорвешь операцию – худо придется.

И вот армада танков по переправе через Одер устремилась в направлении Берлина. В одном из них находился Чуйков, а следом за танком командарма следовал джип с радиостанцией. Уже за Одером, едва забрезжило утро, к радистам прибежал адъютант командарма и приказал готовить связь со штабом фронта.

Мы поставили самую мощную антенну, я лично проверил напряжение^ настроил аппаратуру, – рассказывает Борис Владимирович. -. Все работало как часы. Чуйков не заставил себя долго ждать. Ни на кого не глядя, молча достал карту. Я соединил его со штабом фронта, на связи был Жуков. Чуйков предельно коротко, но ясно докладывал обстановку, делал комментарии, высказывал свои соображения.

Для меня все складывалось как нельзя лучше, и вдруг связь оборвалась. На мгновение сделалось тихо, как в могиле. Потом Чуйков пронзил меня таким свирепым взглядом, что мурашки поползли по коже. Замешательство длилось недолго. То ли с испуга, то ли интуитивно, я стукнул по аппарату ладонью, и связь восстановилась. Конец ее прошел нормально. Закончив разговор с Жуковым, Чуйков хмуро направился к выходу. И только у двери задержался на мгновение, повернулся и погрозил пальцем, не сказав ни слова. «Не миновать мне ареста», – мелькнула невеселая мысль.

Однако старшина Стуколов ошибся. Ни ареста, никакого другого наказаний! не последовало. Наоборот, спустя некоторое время после этого случая он был представлен к награде. Вручая ему орден ’’Красной Звезды”, Чуйков пожал радисту руку и сказал:

Я слов на ветер не бросаю, получите свою награду.

Службе начальником радиостанции 8-й гвардейской армии Б. Стуколов! обязан встречами со многими интересными людьми. Чаще всего встречи были мимолетными, но врезались в память навсегда. Особенно одна из них. После взятия Варшавы радиостанция расположилась недалеко от переправы через

Одер. Немцы часто бомбили этот объект, стремясь его разрушить и тем самым не дать нашим войскам форсировать реку. Один раз им это удалось. Однако после восстановления переправы ее взял под охрану полк истребителей. Однажды завязался воздушный бой. Переправа подверглась не только бомбовому удару, но и артобстрелу с находившихся неподалеку Зееловских высот.

В разгар боя недалеко от радиостанции остановился автомобиль. Из него выскочил полковник в белом кителе, что очень удивило старшину, поскольку на протяжении всей войны ему не доводилось видеть кого-либо в парадной форме. Досадливым жестом остановив собравшегося было рапортовать ему Стуколова, полковник потребовал соединить его с истребительным полком. Дав кому-то соответствующие указания, он выскочил из будки радиостанции и стал следить за ходом боя. Но вел он себя очень странно. Засучив рукава кителя, устремив глаза к небу, полковник что-то кричал, матерился, метался из стороны в сторону, давал нашим летчикам какие-то указания, будто они могли его услышать. Удивленный и озадаченный, радист не рискнул путаться у него под ногами и отошел к водителю.

Кто этот странный полковник? – спросил он.

Ты что, разве не знаешь? – удивился шофер. – Это же Василий Джугашвили, сын Сталина. Ас, каких поискать, У него в полку все орлы, как на подбор. Сейчас увидишь, как они немцев размотают.

Он как в воду глядел. Подоспевшие на подмогу истребители подожгли несколько ’’юнкерсов”, остальных разогнали, а один даже вынудили сесть, его экипаж сдался в плен.

Войну Борис Владимирович закончил в Берлине. Как и тысячи солдат-победителей, не удержался старшина от соблазна оставить свой автограф на стенах поверженного рейхстага. Особо не мудрствовал. Просто нацарапал всего лишь одно слово ’’Данков” – название маленького городка, в который так рвалась его душа на протяжении долгих и трудных лет войны.

Стуколов Борис Владимирович прошел он всю войну и закончил ее в Берлине, сфотографировавшись 9 мая со скрипкой в руках, у «Берлинской стены».

А. Мерлев

Читайте также: Свежие новости здесь.